Роман с кварцем
Михаил Батаев. Фото: Ибрагим Гукемух

Михаил Батаев. Фото: Ибрагим Гукемух

Корреспондент РП пообщался с единственным кварцедувом Юга России

Михаил Батаев — представитель редкой профессии, кварцедув. Выставки его работ проходят в разных городах России. Одна из последних прошла в Санкт-Петербурге в августе–сентябре минувшего года. Сегодня работы Батаева экспонируются в Нальчике, который стал для Батаева вторым домом. В столице Кабардино-Балкарии корреспонденту «Русской планеты» удалось поговорить с Михаилом Батаевым.

Все началось с перетертой золы

Свое призвание мастер нашел не сразу. В 1944 году Михаил вместе с родителями был выслан в Северный Казахстан.

– Когда нас высадили из товарного вагона в голой степи, мне шел шестой год, — вспоминает Батаев. — Первые 2–3 года, проведенные в ссылке, были очень тяжелыми. Основной заботой для родителей стала добыча пропитания, лекарств, вещей первой необходимости для детей. Со временем мы пообвыклись — взрослые работали, дети стали ходить в школу. В школе я увлекся рисованием. Большой проблемой для нас было отсутствие игрушек. Из чего только мы их не мастерили! Из дерева, которое было в степи в большой цене, мальчишки мастерили сабли и ружья. Девочки из соломы и тряпок делали кукол. Я помню, как лепил из глины фигурки животных и людей. Это был мой первый творческий опыт. Что до школы, то мое увлечение рисованием столкнулось с серьезными трудностями. Не было карандашей, почти невозможно было найти бумагу. О каких альбомах и красках можно было говорить, если ученическими тетрадками нам служили сложенные вдвое и прошитые в месте сгиба старые газеты, а чернила мы делали из перетертой и разведенной водой золы? Чистый клочок бумаги был редкостью, а на обладателя химического карандаша я смотрел как на счастливца. Только в начале пятидесятых в магазинах появились цветные карандаши и настоящие альбомы для рисования.

Рассматривая сделанные рукой мастера фигурки и композиции, я расспрашиваю его о технологии, об инструментах и материалах, о специфике ремесла.

– Когда я шел устраиваться в стеклодувный цех, то представлял, как буду вращать на длинной стальной трубке комки расплавленного стекла, выдувать из него вазы и кубки. Но на поверку все оказалось иначе — моей специальностью стала мелкая пластика — небольшие декоративные предметы: статуэтки, фигурки, мелкая утварь. Рабочее место больше напоминало верстачок ювелира: маленькая горелка, небольшие трубки — штабики — из цветного и бесцветного стекла и кварца, всевозможные заготовки. Оказалось, что стеклодув — это тонкая, кропотливая работа, требующая предельной концентрации внимания и точности движений. К тому же эта работа представляет определенную опасность для здоровья — в ходе плавки стекла в пустотах накапливается окись кремния, и тот, кто выдувает предметы с помощью легких, подвергается риску заболеть силикозом. Поэтому я предпочитаю выдувать стекло шлангом, соединенным с компрессором.

В своей мастерской Михаил Висангиреевич наглядно демонстрирует мне, в чем заключается его работа. Он включает горелку, к которой ведут два шланга, один — с обычным воздухом, другой — с кислородом. Каждая марка стекла имеет определенный химический состав и физические свойства. Когда мастер работает с тугоплавкими марками, то он сильнее открывает вентиль на шланге с кислородом. В качестве заготовок он использует зауженные к концам стеклянные трубки, напоминающие большие ампулы. Расплавляя их с помощью горелки, Михаил Висангиреевич, держась голыми руками за ненагретые концы, начинает придавать им форму. На моих глазах появляется туловище, шея и голова диковинного животного. Затем он берет штабик — палочку из такого же прозрачного стекла, что и заготовка. Он нагревает его кончик и прикрепляет к туловищу — у туловища появляются четыре стройные ноги, пара ветвистых рогов и хвостик. Это — олень! Оставшийся в руке конец штабика отделяется от готовой фигурки все той же горелкой, а неровности обрезаются с помощью победитового ножика.

Вообще инструментарий Михаила Висангиреевича не отличается разнообразием. На рабочем столе, кроме упомянутого ножика, лежат так называемые оправки и развертки – инструменты, похожие на скальпели и маленькие мастерки. Названия инструментов говорят сами за себя. С помощью оправки, например, фигурка оправляется в стеклянную полусферу. Развертка применяется, когда нужно развернуть расплавленный кусок стекла или кварца в раскрывшийся цветочный бутон, сделать декоративный подсвечник или чашечку.

Мастер, не отрываясь от работы, поясняет, что заготовку нужно постоянно вращать в руке, удерживая ее за холодный конец. Иначе стекло попросту стечет на стол, как свечной воск. В отличие от термостойкого кварца техническое стекло плавится уже при температуре 600 оС. Начатую работу прерывать нельзя, так как заготовку необходимо постоянно прогревать, чтобы стекло не треснуло. Когда работа завершена, мастер ставит его в печь — маленький автоклав — и включает нужную температуру. Эта процедура называется «отжиг». Отжигать стекло необходимо, чтобы снять напряжение, образующееся в процессе плавки. Если этого не сделать, то изделие может в любой момент потрескаться и расколоться. Гораздо сложнее работать с кварцем. Он намного более тугоплавок и требует специального оборудования.

– С кварцем уже я почти не работаю, — говорит Михаил Висангиреевич. — Негде брать. Раньше я доставал его в городе Гусь-Хрустальном, который славился на весь мир продукцией своих стекольных заводов. Теперь там все пришло в упадок, а цена на кварц сильно выросла. Цветное же стекло плавится при более низких температурах, поэтому я работаю с ним без кислорода.

После смерти Сталина спецпереселенцы были реабилитированы и получили разрешение властей вернуться на Кавказ. Правда, для Батаевых, как и для многих других ингушей, радость встречи с родиной была омрачена тем, что в их доме теперь жили посторонние люди. К счастью, они вошли в положение переселенцев и какое-то время семья Михаила Висангиреевича жила с ними под одной крышей. Были и другие трудности — невозможно было официально устроиться на работу, так как без прописки никуда не принимали. Прописку же можно было получить только после трудоустройства.

– Мне уже исполнилось семнадцать, и я как мог помогал отцу содержать нашу большую семью. Перебивался случайными заработками — подрабатывал грузчиком, вместе с отцом заготавливал и продавал дрова. Вскоре меня призвали в армию. Здесь я получил возможность освоить профессию художника-оформителя. Решающую роль в этом сыграл ящичек с красками и кистями, которым я обзавелся незадолго до призыва. Увидев мою «амуницию», командир подразделения тут же определил меня в художники, и почти все время службы я занимался оформлением Ленинских комнат, рисовал плакаты и боевые листки. Таким образом, в армии я «поставил руку» и научился работать с различными материалами. Это был полезный опыт.

Коллеги похвалили

После демобилизации Михаил Батаев решил остаться в Ленинграде, планировал поступить в художественное училище, но документы у него не приняли из-за отсутствия начального художественного образования. Домой возвращаться не хотелось — семья и без него жила стесненно, — и тогда он устроился учеником живописца на Ленинградский фарфоровый завод имени Ломоносова. Проработал недолго — конвейерная работа, заключавшаяся в нанесении шаблонных рисунков на чашки и тарелки, быстро надоела, и он уже написал заявление об уходе, но кадровик — бывший военный — посоветовал не торопиться, а сходить в стекольный цех завода и ознакомиться с работой кварцедувов. Увидев, как расплавленное стекло в руках мастеров принимает самые разные формы, он был поражен и принял решение выучиться этому ремеслу во что бы то ни стало.

– Работа давалась мне легко, — вспоминает Михаил Висангиреевич, — и скоро я сравнялся с другими товарищами по цеху. В перерывах между выполнением основных заданий пробовал делать фигурки птиц и зверей. Коллег мои опыты заинтересовали, и я, ободренный их похвалами, продолжал экспериментировать. Одновременно я стал посещать занятия в изостудии, где учился академическому рисованию и живописи.

Вскоре жизнь Михаила Висангиреевича круто изменилась. Под Новосибирском был открыт Академгородок — один из первых в СССР научных центров. Здесь требовались не только научные работники, но и высококвалифицированные рабочие самых разных специальностей.

– К нам на завод приехал человек, который набирал таких специалистов. В список рекомендованных начальством кандидатур попала и моя фамилия. Не задумываясь, я согласился. К тому времени я уже был женат, но на то, чтобы получить жилье в Ленинграде, никаких перспектив не было. В Новосибирске же мне предоставляли комнату, солидный оклад и, к тому же, интересную работу. Приехав туда, я понял, что не обманулся в своих ожиданиях. В Институте физики полупроводников, куда меня пригласили, были созданы все условия для работы и творчества, которому я стал уделять все больше свободного времени. В 1970 году там же состоялась моя первая выставка, а через пару месяцев эти же работы демонстрировались уже в Москве — на экспозиции, посвященной 100-летию со дня рождения Ленина. На этой выставке я получил свой первый диплом. С этого момента мои занятия изобразительным искусством наполнились особым смыслом: меня заметили, появились публикации в центральных журналах — в «Советском Союзе», «Огоньке», «Смене», мои работы нравились людям, и это меня вдохновляло и вдохновляет до сих пор. Я стал искать новые сюжеты и новые изобразительные средства.

Волшебное сияние кварца

В Новосибирске Михаил Батаев по-настоящему увлекся работой с кварцем — редким и дорогостоящим материалом.

– Кварц — вещь особая, — поясняет он. — Он добывается в горах и является сырьем для изготовления горного хрусталя. В природе он встречается в виде крупных кристаллов, которые расплавляются при температуре более 2000 градусов. В момент плавки из полученной массы удаляются ненужные примеси, добавляется свинец и только после этого полученный хрусталь идет в дело. Свинец придает готовому изделию то волшебное сияние, за которое мы и любим предметы из этого материала. Кварц бывает бесцветный и цветной — желтый и рубиновый. Первую его разновидность используют в космической промышленности — из цветного кварца делают иллюминаторы в кабинах космических кораблей. Когда корабль проходит верхние слои атмосферы, только кварц способен выдержать высокую «забортную» температуру. В рубиновый кварц добавляют при плавлении чистое золото, поэтому его цена на рынке очень высока. К сожалению, сегодня кварц стал большой редкостью, не то что во времена Союза. А жаль — без него многие творческие замыслы остаются неосуществленными.

В 1975 году работы Михаила Батаева получают признание и за рубежом. После экспозиции в США газета «Вашингтон Пост» на первой полосе публикует о мастере статью и фотографию одной из его работ — «Сибирской тройки», выполненной из горного хрусталя.

«Вынужден с сожалением констатировать: учеников нет»

В 1978 году Батаева, который к тому времени переехал в Грозный, приглашают на работу в Кабардино-Балкарский государственный университет, где предоставляют ему лабораторию для производства специальной посуды — колб, реторт, мензурок. Лаборатория стала для Михаила Висангиреевича мастерской. В Нальчике, помимо работы со стеклом, он возобновляет свои занятия живописью. Уроки, полученные в молодости в ленинградской изостудии, не пропали даром. Батаев много работает на пленэре, пополняя коллекцию своих пейзажей и ведут, написанных им ранее, во время поездок по стране. Его любимые пейзажисты — это передвижники Саврасов, Поленов, импрессионист Клод Моне, знаменитый Ван Гог. Михаила Висангиреевича называют единственным мастером-стеклодувом на Северном Кавказе и одним из пяти кварцедувов России.

– К большому сожалению, это так, — говорит Батаев. — Кварцедув — профессия редкая. Из этой пятерки мастеров я знаком лишь с одним — Алексеем Зиле. Он настоящий виртуоз своего дела. Достаточно сказать, что букет из горного хрусталя работы Зиле был в свое время принесен в дар британскому премьеру Маргарет Тэтчер. Что касается моих работ, то и они имеются во многих частных коллекциях, но их владельцы — люди незнаменитые. Многое утеряно и даже украдено. В частности, вещи, выставленные в 1980 году в Вашингтоне, из-за бюрократических проволочек так там и остались. Чуть позже, в середине 80-х кто-то из местных партийных чиновников, не сказав мне ни слова, подарил тогдашнему первому секретарю нашей республики очень дорогую мне композицию «Похищение невесты». Пожалуй, наиболее известным человеком, которому была преподнесена в дар моя работа, был принц Иордании Али Бен Хусейн — один из сыновей большого друга СССР короля Хусейна Бен Талала и младший брат нынешнего короля Абдаллы. Та композиция была также выполнена из кварца и называлась «Тройка». Я никогда не интересовался ни престижем, ни коммерческой стороной моего творчества, меня интересовала только работа, а когда надоедала и она, делал перерывы — ехал на природу, писал пейзажи, заряжался на будущее, так сказать.

– Меня часто спрашивают, есть ли у меня ученики, — продолжает Батаев. — Вынужден с сожалением констатировать: учеников нет. Сегодня никто не хочет тратить на учебу время и силы без гарантий получить быструю прибыль. Таковы нынешние реалии. Что ж, буду работать, пока работается, пока вокруг есть красоты нашего края — главный для меня источник вдохновения. Других планов нет. Несмотря на то, что мое ремесло находится в упадке, я все же надеюсь, что профессия художника-стеклодува не умрет вместе с нашим поколением. Она должна жить, пока не перевелись ценители прекрасного.

«А хочешь, я тебя поставлю на сноуборд?» Далее в рубрике «А хочешь, я тебя поставлю на сноуборд?»Корреспондент «Русской планеты» поговорила с 74-летним инструктором по сноуборду Читайте в рубрике «Титульная страница» Путин ответилОтветы на самые актуальные вопросы, которые задали президенту, читайте на Русской Планете Путин ответил

Комментарии

04 июля 2014, 12:09
Небольшие уточнения:
1. Моя персональная выставка состоялась в городе Санкт-Петербурге не в прошлом 2013 году, а в 2012 году.
2. Во время депортации в Сибирь (Казахстан) мне шел не шестой год, а пятый.
3. Расплавленное стекло (техническое) остаётся довольно таки вязким, поэтому не может «стечь на стол как свечной воск…»
4. Кварц действительно вещь особая. На самом деле кварц (SIO2) очень распространённый природный минерал, (так называемый каркасный силикат). Но он добывается не для изготовления горного хрусталя, а наоборот – из горного хрусталя выплавляется особо чистый, так называемый оптический кварц, который я использую для изготовления своих особо сложных композиций и изделий. Что касается цвета кварца, то в природе он встречается гораздо реже, но всё же бывает. Например: фиолетовый аметист, дымчатый, чёрный, золотистый и т.д. В переплавленном виде мне попадался желтый и рубиновый. Для приготовления последнего и добавляют золото.
5. Химические элементы, в том числе и свинец, добавляются в шихту для изготовления любого стекла, но только не в кварц. Кварц единственный вид стекла, который состоит на 100% из природного минерала.
6. Мои работы (две вещи) экспонировались в США в 1975-1976 годах и в газете «Washington Post» печаталась фотография одной из моих работ «Сибирская тройка», но не статья обо мне.
7. И наконец. Особо ошибочно утверждение о том, что я являюсь «одним из пяти кварцедувов России» На самом деле надеюсь нас намного больше. Я же имел в виду, что именно художественной обработкой кварца в стране занимается, (судя по публикациям в СМИ) примерно пять человек. И одним из метров в этом деле является москвич Алексей Зеля .
Эти уточнения я и хотел бы донести до сведения читателей данной статьи.
С Уважением – один из множества мастеров-кварцедувов России Ботаев М.
04.07.2014 года. г. Нальчик.
04 июля 2014, 13:31
Спасибо вам большое за уточнения,очень приятно когда "виновник торжества" сам посещает торжество. Это ценная информация из первых уст важна для читателя,спасибо вам за ваш труд Михаил Висангиреевич.
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Расширяйте круг интересов!
Мы пишем об истории, обороне, науке и многом другом. Подписывайтесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»